На фотографиях в начале статьи – улица Фонтанная. Однако фонтанов на улице Фонтанной во Владивостоке не было никогда. Разве что в проливные дожди здесь текут реки. Правда, реки во время тайфунов текут по всему Владивостоку – таковы уж его рельеф и местная погода. А название улицы превратилось в этакий географический нонсенс, которых во Владивостоке немало.

Мы уже упоминали в наших рассказах о подобных забавных нелепицах: об остановке автобусов «Первая речка» там, откуда ближайшую речку видно лишь в бинокль; об улице Пограничной там, где не было никаких границ; о сопке Холодильник, названной так лишь потому, что у её подножия построили склад-рефрижератор.

А ещё есть во Владивостоке улицы Советская, Пионерская и Комсомольская, хотя вместе с Советской властью канули в небытие и Комсомол, и Пионерия. На переулке с названием «Лесной», который в районе ТЭЦ-1 на Набережной ныряет под железнодорожные пути, не растёт ни одно дерево.

Вряд ли стояли когда-нибудь ракетчики на улице Ракетной, но её соседство и пересечение с улицей Мира словно намекает, что передовые российские ракеты – один из эффективных аргументов для принуждения врагов к миру.

Есть ещё улица Пологая, которая, вопреки названию, круче всех остальных улиц сбегает к Амурскому заливу. Есть ещё и такая нелепость, как бухта с названием «Сухопутная», и жаль, что в пару к ней во Владивостоке нет какого-нибудь Глубоководного полуострова.

Когда создавали первый план Владивостока в 1870-х годах, размечая на карте будущие улицы, на западных склонах сопки Орлиное Гнездо били ключи, дававшие начало двум небольшим речкам, одна из которых впадала в бухту Золотой Рог ниже нынешней площади Борцов Революции, а другая стекала в Семёновскую (ныне – Спортивную) гавань. Вот по этим шести или семи ключам, вырывавшимся из-под земли в разных местах вдоль будущей улицы, и назвали улицу – Фонтанная. Жители Владивостока с самого основания города страдали от нехватки пресной воды, особенно зимой, и неудивительно, что обыкновенные ключи, бьющие здесь круглый год, были восторженно названы ими «фонтанами».

Шли годы, город рос. Очень скоро на сопках города вырубили весь лес – на строительство, на топливо. Дождевая и талая вода снегов, не задерживаемая древесными корнями, стала грязными потоками стекать в море, не проникая в почву. Водоносные горизонты в сопке Орлиное Гнездо пересохли, исчезли и родники на Фонтанной. Но название улицы осталось. Как памятник.

Хотя Фонтанная и появилась в первые годы Владивостока, архитектурных памятников на ней осталось не очень много. И всё-таки рассказать есть о чём и о ком.

Ближе к заливу, у пересечения улицы с Транссибирской магистралью, стоит на каменном фундаменте небольшой деревянный дом с островерхой башенкой и резными карнизами и наличниками, совсем не характерными для Владивостока (ул. Фонтанная, № 21). В 1909 году его построил архитектор Александр Булгаков по заказу фельдшера Савелия Компаниенко. Кстати, инженер Булгаков в 1930-х годах был одним из разработчиков Седанкинского гидроузла во Владивостоке, строительство которого наконец решило проблему дефицита пресной воды в городе. В 1915-1922 годах здесь располагалась школа для японских детей.

В 1936 году легендарный владивостокский зодчий Александр Порецков, о котором мы уже рассказывали, совместно с Н.С. Рябовым построил небольшой, но очень выразительный трёхэтажный дом (ул. Фонтанная, № 47) для сотрудников находящегося по соседству телеграфа.

Чуть выше находится Управление миграции по Приморскому краю, занимающее небольшой одноэтажный дом (ул. Фонтанная, № 49), в котором, возвращаясь с Сахалина, останавливался писатель Антон Павлович Чехов. Дом был построен в 1880-х годах и принадлежал городскому голове Игнатию Маковскому, общественнику, предпринимателю и вообще незаурядному человеку, который, по его собственным словам, «стоял всегда на почве строгой законности, не был представителем интересов отдельных лиц и групп, что доставило мне немало врагов».

Привлекает внимание необычный жилой дом по адресу ул. Фонтанная, № 61. Построен он в 1905 году, причём первый этаж каменный и довольно изящный, а второй, уменьшенной высоты – деревянный и подчёркнуто простоватый. На крыше над треугольным фронтоном сделана прямоугольная башенка, на которую для завершённости постройки так и просится купол. Однако купола на плоской крыше этой башни не было изначально, нет и сейчас, оставляя людей, интересующихся архитектурой города, в некотором недоумении.

Сейчас улица Фонтанная заканчивается пересечением с улицей Уборевича около телецентра, но в конце XIX она поднималась дальше на сопку, а на месте телецентра по инициативе заместителя председателя городской думы врача Франца Кучинского и городского врача Бориса Александровича Перлина в 1893-97 годах была построена первая городская больница, тогда ещё деревянная. Главным врачом был назначен сам Перлин, человек честный, настойчивый и непреклонный.

Перлин был дружен с Антоном Павловичем Чеховым, с которым они познакомились ещё на Сахалине, где Борис Александрович служил врачом на каторжных работах и как мог защищал каторжан от произвола местных властей. За «вольнодумство» – так чиновники называли протесты Перлина против казнокрадства и бездействия властей – Перлин в 1890 году фактически был выслан с Сахалина и переехал к жене и дочерям во Владивосток. Но и здесь он слыл человеком скандальным и нетерпимым, стоило ему только увидеть какие-нибудь непорядки. Он стал одним из создателей и самым активным членом Общества врачей Южно-Уссурийского края, самостоятельно организовывал профилактические осмотры населения и массовые прививки против эпидемий, бесплатно лечил гимназистов и передал в фонд строительства больницы деньги, которые собрал, лично организовав благотворительный спектакль. Деревянная больница на Фонтанной очень скоро стала слишком мала для растущего города. И активная деятельность Перлина мотивировала власти изыскивать немалые средства на постройку для больницы в 1899-1917 годах капитальных каменных зданий на улице Алеутской, на обустройство новых корпусов, на расширение персонала. Теперь квартал, который они по-прежнему занимают, известен как «Краевая больница».

Именно с Перлина Чехов писал образ своего Павла Иваныча в рассказе «Гусев»: «Да, я всегда говорю в лицо правду. Я никого и ничего не боюсь. Вижу произвол – протестую, вижу ханжу и лицемера – протестую, вижу торжествующую свинью – протестую. Все знакомые говорят мне: “Невыносимейший вы человек, Павел Иваныч!” Горжусь такой репутацией. Прослужил на Дальнем Востоке три года, а оставил после себя память на сто лет: со всеми разругался». Да, Перлин отчаянно ругался с чиновниками, но не со всеми и не зря. Его дела будут помнить во Владивостоке с благодарностью не сто лет, а всегда. Его врагов тоже будут помнить, и некоторых из них – только лишь потому, что они были ему врагами.

На Фонтанной находится здание (ул. Фонтанная, 36), в котором сейчас работает хореографическая школа. Построенное в 1949 году по индивидуальному проекту для средней школы №40, здание довольно интересное по своей архитектуре. Но рассказать о нём сто́ит по другой причине. И даже не о самом здании, а о человеке, который, без преувеличения, посвятил жизнь созданию первой на Дальнем востоке детской балетной студии мирового уровня.

Виктор Фёдорович Васютин, с детства увлечённый танцами, в 1953 году, в возрасте 17 лет, организовал в Спасске-Дальнем танцевальный кружок. Успех коллектива был таким, что через десять лет о нём даже сняли фильм, который показали за рубежом. А в 1965 году Васютин с отличием окончил Ленинградское хореографическое училище имени Вагановой, танцевал в знаменитых балетах и спектаклях Мариинского театра (тогда – театра имени Кирова) в Ленинграде: «Борис Годунов», «Жизель», «Аида». Принимал участие в съёмках фильма-балета «Спящая красавица». Несомненно, его могло ждать большое будущее в Ленинграде, но, отвергнув предложения остаться, Васютин вернулся в Приморье, чтобы посвятить себя организации балетных студий – сначала в Спасске, а затем и во Владивостоке.

В начале 1974 года посетившая Владивосток министр культуры СССР легендарная Екатерина Фурцева восторженно отозвалась об уровне мастерства его воспитанников – простых владивостокских мальчишек и девчонок – и настолько поверила в организаторские способности Васютина, что пообещала поддержку не только в создании хореографического училища на базе балетной студии, но и в открытии во Владивостоке собственного Театра оперы и балета. Увы, через год Фурцева скончалась, и эти планы остались неосуществлёнными. В Министерство культуры пришли другие люди, а тогдашнее краевое и городское руководство не простило Васютину прямое обращение к министру. Но несмотря ни на что, хореографическая студия Васютина стремительно развивалась творчески, из года в год заставляя всё громче говорить о себе.

Настоящий триумф ожидал студию в мае 1976 года, когда публике был представлен авторский балет Васютина «Щелкунчик». Конечно, спектакли великих хореографов в великих театрах Москвы и Ленинграда были и будут несравнимо более профессиональны, ведь в постановке Васютина наряду со взрослыми преподавателями танцевали дети. Но именно потому, что танцевали дети, и танцевали с присущей им непосредственностью, с восторженностью, всей душой чувствуя, что своими движениями, своими эмоциями, своим талантом оживляют, делают реальной фантастически красивую сказку, именно поэтому владивостокский «Щелкунчик» Виктора Васютина стал безусловным шедевром! Завораживающе интересными были сами танцы, которые очень гармонировали с прекрасной музыкой Чайковского. Кроме того, Васютин использовал в спектакле массу новаторских приёмов.

Представьте себе восторг зрителей, когда из тёмного угла на сумеречной сцене появлялись мыши, в костюмы которых были переодеты маленькие артисты, и встроенные в их маски электрические лампочки сверкали в темноте демоническими глазками! А каково было восхищение публики, когда взрослый герой сказки по имени Дроссельмейстер выносил Щелкунчика на сцену на вытянутой руке, при этом одиннадцатилетний солист в костюме и гриме куклы лежал спиной на его ладони и, растопырив руки и ноги, держал в страшном напряжении все мышцы, мастерски изображая несгибаемую деревяшку! Да, эта сцена была скорее цирковым номером, чем балетным. Но именно такое эффектное и невероятно красивое появление «куклы» запомнилось зрителям на всю жизнь. Та же самая сцена во всех просмотренных потом знаменитых постановках, когда, например, Дроссельмейстер вытаскивал Щелкунчика на сцену, держа его за пояс, становилась для них слабой и неинтересной.

В постановку Васютин вложил всю душу, сделав её незабываемой и неповторимой. Владивостокский «Щелкунчик» собирал аншлаги и срывал овации. Балетная студия стала чрезвычайно популярной, ставились всё новые спектакли, давались концерты, воспитанники ездили на гастроли в другие города. К Васютину потянулись мамы, заранее убеждённые в гениальности своих детей. И когда эта слепая материнская убеждённость не оправдывалась, рождалась ядовитая и липкая материнская клевета. Васютина отстранили от любимого дела.

Виктор Фёдорович снова вернулся к детям через несколько лет, когда с него были сняты все обвинения. В 1994 году балетная студия переехала со старого места на Второй Речке в центр города, на улицу Фонтанную, и стала единственной в России хореографической общеобразовательной средней школой, причём лучшей в мире. А в 1999 году Васютина, его соратников и учеников ждал новый триумф – с постановкой спектакля «Шопениана», балета, который в 1908 году в исполнении взрослых танцоров поверг европейскую публику в шок.

Когда в 2004 году школу решили перевести на платное обучение, Васютин выступил с категорическим протестом. Талант не должен покупать себе место. С другой стороны, нет ничего тяжелее и бесплоднее, чем пытаться выучить бездарность, подкреплённую деньгами. Васютина снова отстранили от преподавания, вновь оклеветав.

И снова реабилитация, снова возвращение к любимому делу. Он был и организатором, и танцором, и завхозом, и хореографом, и режиссёром. Да, он был требовательным и суровым воспитателем – но только у таких учителей блещут талантами ученики. Но он был и внимательной нянькой, завязывал бантики юным балеринам и поправлял костюмы мальчикам. Он учил детей технике нанесения грима, изяществу и артистичности, требовательности к себе и требовательности к искусству. Он сам рисовал костюмы и декорации. Его ученики танцуют на столичных сценах и за рубежом и учат своих воспитанников по заветам Васютина.

Ушёл из жизни Виктор Федорович Васютин в 2022 году в звании заслуженного деятеля культуры, успев порадоваться открытию во Владивостоке Театра оперы и балета и увидев на этой сцене своих учеников.

На первой фотографии в начале статьи изображены два памятника. Один из них – это построенное в 1900 году трёхэтажное здание с цокольным этажом на стыке улиц Фонтанной и Мордовцева (бывший Косой переулок). А другой – монумент Феликсу Дзержинскому, который в 1954 году был установлен на постаменте непосредственно у восточного торца этого дома. И улица Фонтанная в то время носила имя Дзержинского. А на второй фотографии памятника Дзержинскому уже нет – его демонтировали власти в 1991 году. Демонтировали, уничтожили и вернули улице прежнее название.

В чём же состояла вина Дзержинского перед новой либеральной властью, которая молниеносно расправилась с памятью о нём, едва лишь пришла на смену дискредитировавшим себя коммунистам 1980-х годов?

Если внимательно проследить весь путь революционера и настоящего коммуниста Дзержинского после прихода к власти большевиков в ноябре 1917 года, то станет заметно, что его из года в год бросали на самые сложные участки работы для решения самых насущных проблем страны. Причём несколько должностей он занимал одновременно.

Ему пришлось создавать Всероссийскую Чрезвычайную комиссию по борьбе с контрреволюцией и саботажем (ВЧК), военную разведку и контрразведку, вооружённую охрану железных дорог и руководить Народным комиссариатом путей сообщения, Главным политическим управлением ГПУ/ОГПУ, комиссией по усилению охраны государственных границ, Высшим советом народного хозяйства (ВСНХ).

На его плечи были возложены:  организация борьбы с активными противниками Советской власти, со спекуляцией, с должностными преступлениями, с бесхозяйственностью и взяточничеством; выявление иностранных агентов в армии и на флоте; искоренение бандитизма и организованной преступности; борьба со шпионами и диверсантами, борьба с антисоветским движением на Украине; руководство восстановлением железных дорог и организация работы железнодорожного транспорта; борьба с голодом в Поволжье; борьба с хищениями на железных дорогах; предотвращение вывоза из страны культурных ценностей; организация борьбы с беспризорностью; развитие металлургического комплекса страны; организация охраны государственных границ.

Непонятно, сколько часов в сутках должно быть у человека, чтобы всё это успевать, за всем вести контроль и при этом во всём добиваться успешных результатов. Трудно даже представить себе, как один человек, не сойдя с ума от перенапряжения, был способен заниматься всем, что перечислено выше, непрерывно в течение 9 лет. Ум его оставался светлым и фантастически эффективным, да и сам он был удивительно работоспособным, не зря его прозвали «Железным Феликсом». Но не выдержало сердце.

Сама история доказала, что единственной силой, способной сохранить Россию от развала после Первой мировой войны, были большевики. И Дзержинский был одним из тех, кто осознавал, что, как политический деятель, несёт полную ответственность за сохранение страны, расчленение которой было запланировано нашими врагами более ста лет назад. Теми самыми врагами, которые с той же целью изуверски стравили Украину с Россией в 2014 году, а сейчас снабжают оружием украинских нацистов и предоставляют им возможность атаковать беспилотниками наши города.

Дзержинскому вменяют в вину ответственность за так называемый «красный террор». И громче всего кричат именно там, в стане наших врагов, перевирая факты, фальсифицируя документы, преувеличивая цифры с единственной задачей: посеять у нас неприязнь к нашему собственному  прошлому. Россия, на территории которой после Революции велась война на выживание, не могла позволить себе проиграть, и времени на решение проблем было отпущено катастрофически мало. Ошибки и превышения власти были, и немалые. И сам Дзержинский это признавал. Но пусть кто-нибудь из его нынешних критиков попробует заявить, что на его месте за такое короткое время справился бы лучше, не пролив ни капли крови! Хватит ли смелости?

Лучше всего о человеке говорят результаты его дел. Созданные под руководством Дзержинского советские разведка и контрразведка стали одними из самых эффективных в мире, и мы гордимся нашими спецслужбами, истоки профессионализма которых – в ЧК, ОГПУ и КГБ. Строгая, почти  военная организация наших железных дорог тоже рождалась под его руководством. Мы поём песни о пограничниках, которые охраняют самую протяжённую и самую защищённую государственную границу в мире и которые по-прежнему насмерть стоят, защищая от вражеского проникновения эту тонкую, но незыблемую линию. Мы вспоминаем героев Бреста, Хасана и Даманского. А ведь их честь, их идеалы и их отвага тоже рождались при Дзержинском.

 «Кто из вас очерствел, чьё сердце уже не может чутко и внимательно относиться к терпящим заключение, уходите из этого учреждения. Здесь больше чем где бы то ни было нужно доброе и чуткое к страданиям других сердце», — так сказал чекистам Дзержинский на 5-летии ВЧК.

«Эти чумазые – мои лучшие друзья. Среди них я нахожу отдых. Сколько бы талантов погибло, если бы мы их не подобрали! Всему их надо учить: и рожицу вымыть, и из карманов не тянуть, и книжку полюбить, а вот общественной организованности, мужеству, выдержке – этому они нас поучить могут. Стойкость какая, солидарность – никогда друг друга не выдадут…» — это Дзержинский о бывших беспризорниках в разговоре с наркомом юстиции Дмитрием Курским.

Феликс Дзержинский служил во имя сохранения и возрождения России, не ради славы, не ради богатства, не ради власти, не ради комфортной жизни. Он и умер, когда сам застилал себе постель.

А памятник Феликсу Дзержинскому во Владивостоке поставили снова. Пусть не на прежнем месте, но поблизости. Его торжественное открытие состоялось 1 сентября 2025 года напротив администрации Владивостока, неподалёку от главного входа в здание прокуратуры. Инициаторами установки памятника выступили ветераны органов госбезопасности и сотрудники УФСБ России по Приморскому краю при поддержке губернатора Приморского края и администрации Владивостока. На постаменте приведены слова Дзержинского: «За верой должны следовать дела». Это памятник человеческой самоотверженности и преданности делу.

Присмотритесь внимательно к зданию, что изображено на фотографиях в начале статьи, и вы увидите на фронтоне буквы: СНВЧ. Этот дом принадлежал священнику Николаю Васильевичу Чистякову. И буквы – просто его инициалы. В позапрошлом веке мещане и купцы изредка изображали свои имена на домах, лелея свою гордыню, но подобная слабость для священника, по меньшей мере, странна. Вот так, стоит дом, памятник архитектуры и одновременно – памятник человеческому тщеславию.

Константин Смирнов-Владчанин

Фото неизвестного автора 1960-62 гг., Алексея Воронина, К. Смирнова-Владчанина, Н. Назарова (1957-60 гг.), В. Клинской (2013 г.), М. Наппельбаума (1919 г.), из Государственного архива Приморского края и из открытых источников.